Эти страницы с моими произведениями доступны для пользователей ЖЖ из моей френд-ленты. Если еще не потеряли желания продолжить знакомство со мной - оставьте тут свой комментарий, либо занесите меня в свой список.

"СКАЗАНИЯ О ДАГЕСТАНЕ " 

"ИЗБРАННОЕ"

Беспредметные и бесцельные дискуссии на животрепещущие темы современности с неизвестными людьми в ЖЖ отнимают почти все мое свободное время, поэтому иногда я откладываю клавиатуру, даю себе обет молчания, беру любимую авторучку «Korloff» (см. юзерпик) и продолжаю работать над: 

1. Переводом поэмы Фридриха Боденштедта «Ада-лезгинка» с немецкого;
2. Переводом произведений имама Нажмудина Гоцинского с арабского и аварского на русский;
3. Переводом произведений классиков аварской поэзии Махмуда из Кахаб-росо и Али-Хаджи из Инхо  на русский;
4. Переводом произведений баронессы Мелани Оливии Юлии фон Нагель с английского на русский.
5. Переводом чешских поэтов на русский;
6. Собственной поэмой "Уздень" (уже написана!)
7. Переводом рубайи Джалалуддина Руми  на аварский.

Эта златотканая история куда интереснее современности, шитой белыми нитками, которые не столько связуют нас, современников, сколько связывают по рукам и ногам.  
Составил этот короткий список и смутился - ничего из начатого не доведено до конца!

Къара гёзлеринг
  Бурлият Ибрагьимованы сёзлери ва кюю

Бийик тавгъа мингенсен,

Гёрме болмайман сени,

Салып сююв отуна

Гюйдюремусан мени?!

Кёп сёзюм сагъа етмей,

Сюйген юрекден гетмей,

Жаным сени кёп сюе,

Оьзгени къабул этмей.

    Къара къашларынг,

    Къара гёзлеринг...

    Сюйдюрдю мени

    Арив сёзлеринг.

Не къарангъы гечедир,

Кёкте юлдуз нечедир.

Сени къара гёзлеринг

Мени къаным ичедир.

Къара чолпан гёзлеринг

Шавла бере арекден,

Сююв юрекге сингсе,

Къала экен юрекде.

Черные глаза 

   Слова и музыка Бурлият Ибрагимовой

Высоко взобрался ты –

Разглядеть я не смогла.

Хочешь с этой высоты

Сердце сжечь мое дотла?!

Трудно вырваться словам

И признаниям моим,

Ты – души моей бальзам,

Места нет в ней остальным.

Припев:

Как ты черноглаз,

Как ты чернобров, -

Как же я зажглась,

От красивых слов!

Ах, как эта ночь темна,

Ах, как звезд она полна!

А глаза твои – черней,

Ими кровь мою не пей!

Эти искры черных глаз –

Ярче утренней звезды;

Если сердце вспыхнет раз,

Значит, век ему светить!

Припев.

© М.Дугричилов. Перевод.   

В Дагестанском книжном издательстве готовится к выходу в свет книга о Бурлият Ибрагимовой. В книгу будут включены тексты этой и многих других ее песен в моем переводе на русский.

Под катом - сама живая легенда Кавказа.
 

 
Словник "100 знаменитых дагестанцев"

«Что имеем – не храним, потерявши, плачем». Козьма Прутков был прав. Тем более, что даже если и храним, то часто не ценим, а если ценим – не всегда оцениваем. Это я вот к чему: в моей личной коллекции живописных и графических работ разных художников, которые я время от времени выставляю в ЖЖ, есть фото-тинто-гравюра с картины Франца Рубо «Штурм Ахульго 22 августа  1839 года». Я всегда ценил этот экземпляр, но мне и в голову не приходило оценить его. И вот случайно обнаружил, что фото-тинто-гравюры, выставленные на сетевых аукционах, стоят сравнительно дорого – от $300. Вот, например: http://antiqueshop.ru/catalogue/engravings/item_22388.html

Думаю, моя коллекционная единица (справа) стоила бы как минимум раза в три дороже, потому что это не только антиквариат - она воспроизводит первую в истории русской живописи панораму в ее первозданном виде, на отреставрированном полотне красок автора почти не осталось, возможно, реставраторы исказили местами и сам рисунок (кликнув на изображение дважды, можно разглядеть его детально).

Панорама «Штурм аула Ахульго...», написанная по заказу императора Александра Третьего, долгое время хранилась в Тифлисском музее, потом она была передана в музей Артиллерии. Пострадала от наводнения 1924 года, но больше – от вандализма тех, кто учился на художника: старательные студенты вырезали из картины большие куски холста и писали поверх шедевра свои учебные натюрморты. В девяностые годы центральная часть панорамы была найдена и восстановлена благодаря энтузиазму и энергии светлой памяти Патимат Гамзатовой (супруга Расула Гамзатова).

Основные этапы реставрации:

Об истории создания панорамы и ее реставрации  П.С.Гамзатова подробно рассказала в своей статье.   

В 1991 году в Дагестан по приглашению Фазу Алиевой (на снимке справа), которая тогда возглавляла республиканское отделение Международного Фонда защиты мира, приезжала сотрудница Токийского Университета, изучающая проблемы Кавказа, Джунко Носака (она - слева от меня). Фазу Гамзатовна попросила меня быть гидом японской гостьи по Дагестану. «Если Вы пожелаете мне счастливого пути», - поставил я условие. Фазу Гамзатовна с недоумением посмотрела на меня, но я уточнил: «Так, как Вы желаете в Ваших «Аварских тостах»:

В счастливый путь, сынок, не на пороге

Дают мужчинам цену, а в дороге!

- «Аварские тосты» - лучшая, на мой взгляд, из всех, написанных Фазу Алиевой книг, - сказал я японской гостье.

...Джунко очень хотела совершить восхождение на Ахульго. Я повез ее в Гимры, Унцукуль, а когда добрались до Ашильта, начался ливень, размыло тропы и, вспомнив о том, что умный в ливень не только сам в гору не пойдет, но и женщину не поведет, я не решился вести японку дальше, беспокоясь о ней. Ахульго я показал ей издали. Она была очень расстроена, зато обрадовалась, когда услышала, как фонетика аварского похожа на фонетику японского.

Вообще-то японцы в последнее время так усердно изучают Кавказ, что с нами у них даже начали устанавливаться родственные связи: два года назад молодой японский ученый, изучивший аварский, приехал в Дагестан и женился на аварке!

Сообщается, что вчера открылась выставка «Дагестан в дореволюционном объективе», на которой представлено около 70 старых фотографий. Хочу похвастаться: в моем архиве не меньше старых неопубликованных снимков. Вот некоторые из них:

Помню такое наше семейное предание: после взятия Гуниба в августе 1859 года имама Шамиля, направлявшегося в столицу Дагестанской области Темир-Хан-Шуру, торжественно встречали жители аула Нижнее Казанище (в русской историографии – Большие Казанищи). Был полдень. Раздался азан. Но полковник Тромповский, сопровождавший имама, воспрепятствовал посещению имамом мечети, опасаясь излишнего ажиотажа, да и сам Шамиль как-будто бы уже избегал многолюдных сборищ. Шамиль решил совершить намаз в доме какого-нибудь сельчанина. Ему указали на дом моего прапрадеда Абдул-Вагаба Мустафы. Мой счастливый предок якобы попросил имама расписаться на воротах его дома и вручил ему уголек. Шамиль расписался, а Абдул-Вагаб впоследствии вырезал его автограф. Через два поколения наш родовой дом был продан. Сейчас в нем проживает сельчанин Ибрагим Касумов. Никогда прежде я не видел этой знаменательной надписи, и вот в свой последний приезд решил отыскать ворота, увенчанные автографом имама. Я принял такое решение, когда услышал, что кто-то не прочь прикупить их за бесценок. Каково же было разочарование сопровождавших меня, когда я сообщил, что миф не соответствует содержанию надписи, я же остался доволен тем, что отныне он не будет распространяться дальше этих старых ворот, хотя и разочарован больше других. Но ничего не поделаешь, к истории у меня отношение трепетное, и я против мифов, как бы они мне не льстили:

Перевод: «Дом построен в 1245 году (хиджры, то есть в 1832/33 году по григорианскому календарю) в месяце шавваль (десятый месяц лунного календаря)».

Графика слова «Шавваль» очень напоминает графику имени собственного «Шамуил» - именно так подписывался имам Шамиль. А вот образец его автографа:

«Шамуил бен Мухаммад ал-Гимрави».  

Вот и все.